Писатель Валерий Казаков Главная страница Карта сайта Рекомендовать сайт Написать письмо




БУДУЩЕЕ ИМЯ РОССИИ – ВПЕРЕДИ! // "Красноярская газета"


"Красноярская газета" №86 (1724)
Дата выпуска:  19.12.2008 г.



К сожалению, мы пока не можем дать рецензию на данное литературное произведение, так как ещё никто в Красноярске не читал. Пока этого романа нет в книжных магазинах Красноярска, но в скором времени безусловно прочтём "Тень Гоблина" и, возможно, поделимся впечатлениями с читателями. Но зато нам есть что рассказать о самом авторе и о встрече В.Н. Казакова с общественностью города.

***

Валерий Казаков – весьма интересная личность с впечатляющим послужным списком. Окончив Литературный институт имени Горького, он впоследствии занимал самые что ни на есть политические должности. 1998–2000 гг. – полномочный представитель президента РФ в Красноярском крае; 2000–2006 гг. – главный федеральный инспектор в Кемеровской области. С мая 2006 года и по настоящее время – помощник полномочного представителя президента в Сибирском федеральном округе. В то же время В.Н. Казаков – секретарь правления Союза писателей России, лауреат Большой литературной премии России за сборник рассказов "Записки колониального чиновника".

Что же касается встречи в стенах краевой библиотеки, то в первую очередь следует отметить, что пообщаться с писателем и политиком Валерием Казаковым пришли такие известные в крае публицисты, как Александр Чернявский, Андрей Зберовский, Василий Нелюбин, Юрий Чигишев, Олег Пащенко. Так что мощная интеллектуальная атака В.Н. Казакову была обеспечена. С целью экономии места я приведу наиболее интересные ответы писателя, которому действительно было что рассказать не только о книге, но и о своей работе в органах власти с разными людьми и в разное время.

— Мне очень приятно, что я приехал в ваш город не как чиновник, а как пишущий человек, который пытается отстоять своё место в русской литературе. Роман "Тень Гоблина" был опубликован в журнале "Сибирские огни", и красноярские журналисты живо откликнулись на это произведение. Одну из первых рецензий написал Эдуард Русаков. Рад, что здесь присутствуют сотрудники моей любимой "Красноярской газеты". Редактор Олег Пащенко человек тоже пишущий, и писал он обо мне, что тут говорить, в разное время по-разному. Но я доволен тем фактом, что мы в какой-то степени нашли соприкосновение наших позиций. Теперь я стал больше красноярцем, чем десять лет назад, только приехав в ваш город.


Я удивлён, что книга вызвала такой интерес, причём не только в России. "Тень Гоблина" перевели на белорусский, сербский, украинский, эстонский, польский, немецкий и английский языки. И эта первая моя книга, собравшая такую прессу. Поэтому здесь я не как чиновник, а как писатель. Сейчас Государственная Дума пытается сделать из чиновников глухонемых субъектов, которые ни с прессой общаться не могут, ни в народ выходить. Зачем такие чиновники вообще нужны? Они должны быть открытыми. Ведь не только законодатель, но прежде всего простой человек должен знать, куда он вбухивает свои деньги, которые у него регулярно выдирают фискальные органы. Вообще же чиновничий аппарат — это нечто такое обслуживающее, типа банщиков, которые за деньги должны попарить народу спину. У нас же всё перевёрнуто с ног на голову. Даже в не очень мною любимые советские времена власть и то в большей степени подвергалась критике, товарищи могли друг другу говорить в лицо то, что думают. Сейчас же очень сложно достучаться до кого-то.

Деградация личности попадающего во власть происходит в любом случае, никуда от этого не денешься. Один переболеет этим, как оспой, и имеет иммунитет, а другой принимает всё за чистую монету. И когда он узнаёт, что есть такая книжка — Конституция и по ней у чиновника вышел срок полномочий, он искренне удивляется и готов скорее эту Конституцию поменять, чем уйти с тёплого места.


Олег ПАЩЕНКО: — Вот Валерий Николаевич упомянул Конституцию, а сегодня, как известно, День Конституции.

Валерий КАЗАКОВ: — Вот и говорю об этом! Кстати, сегодня в Москве проходит большая научно-практическая конференция по Конституции.

Олег ПАЩЕНКО: — Нам из Москвы на одобрение прислали проект закона о борьбе с коррупцией, там есть интересный щепетильный пунктик: одобряете ли вы, чтобы чиновники информировали вышестоящие органы, когда им покажется, что кто-то из коллег нечист на руку? Я решительно против, это иудин комплекс, хотя, возможно, без того, чтобы "стучать" друг на друга, коррупцию не победить. Как, на ваш взгляд, это согласуется с нравственностью?

Валерий КАЗАКОВ: — У каждого человека есть своя воля, которой он может распоряжаться по своим убеждениям как угодно. Если человек думает, что иначе ему общество не исправить, то он может писать свои записки… Может быть, это действительно выход? Не знаю. Лично я никуда не пойду и не ходил никогда. Нужно измерять это именно с нравственных позиций. Если человек верит в Бога, то пусть соотносит данную практику с религиозной моралью, если не верит, — то есть атеистическая мораль не менее сильная, чем вера во Всевышнего. Поэтому я не считаю это выходом из положения. Мы скорее всего пожнём то, что говорил наш великий посол на Украине: "Хотели, как лучше, а получилось, как всегда". И если в законодательном порядке появится такой призыв, то это будет не просто концом какой-то демократии, а концом вообще всего.

***
— Когда ты работаешь с харизматиком и возвращаешься с ним с митинговой площади, с трибуны под Лениным, он заходит в кабинет, снимает с себя вместе с галстуком и митинговую маску, и становится совсем другим человеком. Через какое-то время начинаешь понимать, что это не совсем харизматик. И вообще понятие "харизма" сложное. Не буду называть фамилии, но тех, кого мы называем харизматиками, зачастую очень безвольные люди и решения они принимают на основе того, кто был у них в кабинете. Это скорее закономерность.

…Михаил Евдокимов, губернатор Алтая из Сибирского федерального округа — это трагедия власти. Мы с ним летели на Алтай, и я сказал: "Слушай, давай ты к Тулееву съездишь, посмотришь, как он "везёт", может, что-то схватишь". Я видел, как мучился Александр Лебедь в Красноярском крае. Он понятия не имел, как связать одно с другим. А к Михаилу придёшь, он включит "Аншлаг" и стоит с отвлечённым видом, а рядом идёт совещание, решаются вопросы по бюджету. Это тоже к вопросу о демократии. Вот пожалуйста — народный губернатор. На мой совет обратиться к Тулееву он сказал, что через два месяца Тулеев сам будет учиться у него. А через шесть месяцев он чуть не со слезами пришёл к Тулееву и попросил хоть какого-нибудь угля, а то замёрзнут все к чёртовой матери.

…Нам стоит говорить сейчас о сакральности каких-то параметров власти. Например, был хороший мальчик, и вдруг ему дают кабинет с табличкой, и этот мальчик перестаёт быть мальчиком и становится государственным мужем. Но ты же понимаешь, что он звонок, пустое место, он понятия не имеет, как гвоздь забить, он никогда даже ларьком не руководил, не то что заводом. В этом трагедия. Вот оппозиционерам дают губернии. Что из этого получится? Дай Бог, чтобы получилось. Просто мы это всё уже проходили.


Олег ПАЩЕНКО: — Если подопрут его хорошими, крепкими людьми, может, и получится что-то.

Валерий КАЗАКОВ: — А я считаю, что подпереть вообще ничего нельзя, если ты сам не подопрёшься, не почувствуешь нужду в этих людях. Я в книге отображаю, как глава одного сибирского региона не захотел и не смог подпереть себя необходимыми людьми. А если ты со стороны, да ещё подпорки со стороны, да и подпорки подпорок со стороны…

…К нашему несчастью, образы Гоголя и Салтыкова-Щедрина по сей день живут и здравствуют. А писать надо. Начинаешь писать, когда чувствуешь внутреннее сопротивление тому, что происходит. Я исповедую принцип Щедрина и Гоголя. Писали всегда, правда, часто в стол, или для самых близких людей, потому что уже близкие близких согласно предложенному закону могут побежать и донести, что такой-то человек действует не совсем правильно.

Или возьмём такую поправку к закону: судить судом присяжных за терроризм, измену Родине и так далее; и тут же — за организацию массовых беспорядков. Но вот если трём студентам неправильно поставили оценки и их поддержали ещё пятеро, — то эта троица тоже организовала массовые беспорядки. И все эти дела — массовые беспорядки, рекомендация "стучать", потом ещё что-то будет… Понимаете, я ведь ещё и чиновник, причём такой чиновник, который вполне солидарен с писателем Казаковым.

…Есть ли у нас демократия? Если бы можно было ненормативно выражаться, я бы сказал, где она. Раньше для нас демократия была святым образом "Сникерса", шмотками и глянцевыми журналами. Сейчас этих журналов так много, что они почти придушили многовековую русскую культуру. Есть ростки, которые выбиваются наружу из этого глянцевого перегноя.

Что такое демократия? Вот недавно я узнал, что есть такой "мультик" по ТВ (мне дочка сказала) "Имя твоё, Россия", по-моему, называется, как-то не совсем прилично звучит. Я посмотрел, а там какие-то мужики, довольно узнаваемые, пиарят себя на фоне великих личностей в истории. Смотришь и думаешь: куда же они деньги вбухивают? Во что? Может, лучше клуб отремонтировать или в театре капитальный ремонт сделать? О демократии думать надо, а нам не сегодня-завтра скажут про "Имя России", что и не знали, как это называется. А имя России — впереди, а не сзади. Сзади — история России. К тому же там представлены весьма неоднозначные личности, даже мифические. Показывают: вот наши цари. А это портрет Рюрика. А кто его видел, этого Рюрика, откуда взяли его портрет?

***
— Я могу только приветствовать, если Москва "разгрузится". Она действительно перестала быть "матерью городов русских". Шла же речь о том, чтобы хоть часть ведомств перенесли в Санкт-Петербург. Из-за этих бесконечных застроек Москва настолько потеряла свой исторический облик, что сейчас стоит вопрос о том, чтобы хоть оставшееся попытаться сохранить…

Вот такая получилась подборка наиболее интересных, на наш субъективный взгляд, высказываний писателя (именно писателя, а не чиновника!) В.Н. Казакова из полуторачасового общения с журналистами и общественными деятелями Красноярска. Теперь время прочитать "Тень Гоблина". Да и как не прочитать, если там и Красноярску уделено немало места, а книга на европейские языки переводится? Будут впечатления — напишем рецензию.

Константин Литвинов

Комментарии пользователей


Добавить комментарий    Последний комментарий